Рукоделие Домоводство Естественные науки Информационные технологии История. Дарвина «Происхождение видов путем естественного отбора», среди ученых пошли споры о «недостающем звене» — промеж. Что-то пошло не так. Книгу можно порекомендовать скорее взрослой аудитории — школьнику средней школы осилить обе книги можно, но с большим трудом. Ясно, что в столь широких временных и географических рамках природные условия не раз менялись, что приводило к появлению новых видов и родов. Расчеты показывают, что полное покрытие планеты снегом и льдом чревато необратимым остыванием:

Добавил: Mezitaur
Размер: 38.98 Mb
Скачали: 66285
Формат: ZIP архив

Первые ядерные организмы — эукариоты — возникли 1,9—2 млрд щвено. Одной из наиболее аргументированных гипотез является симбиотическая. Собственно, симбиоз оказался итогом несварения: Ядро — очень важный элемент клетки. Оно защищает ДНК, что повышает надежность сохранения информации и дает возможность разнообразить биохимические процессы.

В цитоплазме бактерий ДНК неуютно, злые ферменты того и гляди норовят порвать ее в клочья. Кроме прочего, ДНК — это кислота, так что реакции с образованием щелочей бактериям противопоказаны, иначе ДНК нейтрализуется и выпадет в виде соли.

Да и вообще, много ли проведешь противоречащих друг другу реакций в одной тесной бактериальной клетушке? Поэтому и ДНК у бактерий обычно маленькая, много генов ей и не. И форма у нее кольцевая — так ферментам труднее ухватиться, нет кончика, с которого достающек можно было начать есть бедную молекулу. Но опять же кольцо не сделаешь слишком длинным — вырастет вероятность разрыва.

Другое дело в ядре! Любо там, тишь, благодать, примиренье. ДНК надежно спрятана за ядерной мембраной. Беспрецедентное увеличение генетического материала позволяет ввести в эксплуатацию новые, невиданные доселе обменные процессы, усложнить их, что в будущем станет залогом сначала колониальности, а после и многоклеточности.

Все опасные обменные процессы идут снаружи, в цитоплазме, да еще разнесены по отдельным пузырькам. Жизнь как пузырькование пузырьков в пузырьках, емкостей, без конца вдавливающихся друг в друга и выпучивающихся наружу: Зверо забежали слишком далеко. В протерозое дело ограничилось лишь ядром и митохондриями. Но изменчивость бактерий — в своем роде залог их успеха, благодаря ей они могут очень быстро приспосабливаться к новым условиям. Получив лробышевский, мы — эукариоты — утеряли пластичность.

Митохондрии синтезируют АТФ, что дает огромные энергетические возможности. Первые эукариоты, поглотившие бактерий, умевших синтезировать АТФ, получили такое преимущество, что все другие тут же проиграли эволюционную гонку.

Сейчас станислас планете нет организмов, живущих без АТФ. Правда, остается под вопросом, существовали ли предки эукариот, не умевшие синтезировать АТФ, или они утеряли эту способность, положившись на новообретенные генераторы.

В любом случае из поглощенных бактерий получились митохондрии, у них и до сих пор имеется бактериальная кольцевая ДНК и собственные рибосомы, они делятся самостоятельно и живут как внутриклеточные симбионты, причем в одной нашей клетке их может быть зввено двух тысяч.

санислав Но часть своих генов они одстающее на хранение в более надежное ядро, так что теперь не так легко понять, где граница между собственно нами и нашими жильцами. Обретение митохондрий преобразило жизнь эукариот, благодаря им мы можем активно двигаться. Например, ими насыщена красная скелетная мускулатура, скажем прямые мышцы спины, держащие нас вертикально. Иначе говоря, метаболические нужды протерозойских одноклеточных обеспечили наше прямохождение.

Докембрийский мрак скрывает много тайн. Как возникли первые нервные клетки? Как появилось разделение на два пола? Слишком много гипотез, слишком мало фактов.

  СНИП РК 3.02-09-2010 ПРОИЗВОДСТВЕННЫЕ ЗДАНИЯ С ИЗМЕНЕНИЯМИ ОТ 09.10.2015 Г СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Станислав Дробышевский: «Достающее звено». Рецензия

Но все же о некоторых вещах мы можем говорить достаточно уверенно. В катархее, архее и начале протерозоя в атмосфере было много углекислого газа, метана, сероводорода, аммиака и водяных паров, но почти не было кислорода.

Примерно 2,5 млрд лет назад или даже раньше цианобактерии начали производить свободный кислород, но он поглощался горными породами и шел на образование озонового слоя. Кстати, спасибо им за это, без него нам было бы нелегко, ведь озоновый слой защищает нас от космической радиации. Ко времени — млн лет назад упорные цианобактерии нафотосинтезировали катастрофически много кислорода и отравили им всю атмосферу справедливости ради надо сказать, есть версия, что кислород сам высвободился из мантии Земли, без помощи бактерий.

Для преобладавших в тогдашних экосистемах анаэробов организмов, живущих в бескислородной среде кислород был страшным ядом. По всей видимости, это привело к глобальному вымиранию. Приятно сознавать, что не только человек способен так загадить окружающую среду, что потом сам не может в ней жить. Мы же — потомки тех редкостных протерозойских аэробов, которые поначалу с трудом привыкали к ужасному яду в недрах цианобактериальных матов, зато потом попали просто в райские условия.

Кислородный обмен — хорошая вещь. С его помощью можно получать гораздо больше энергии, чем при анаэробном существовании. А с помощью этой энергии можно делать новые чудесные вещи, например увеличивать размеры тела и синтезировать новые вещества. В большей клетке можно хранить большее количество ДНК, а за счет этого усложнить свое строение.

В числе прочего появляется возможность стать многоклеточным. Жить толпой надежней и веселей, неспроста еще на уровне бактерий совершались попытки в этом направлении.

Но истинно многоклеточное существо внутренне противоречиво. Основная проблема возникает с размножением. С появлением многоклеточности в мире появились дряхлость и смерть. Одноклеточные не умирают от старости — они могут погибнуть лишь от случайности, голода или хищника. Главная цель любой приличной клетки — стать двумя клетками, жить вечно.

В истинно многоклеточном общежитии нужен строгий контроль за размножением, большинство клеток гарантированно умрут, а потенциальным бессмертием обладают лишь гаметы — половые клетки. Убедить рядовую — соматическую — клетку не размножаться, а жить и добровольно сгинуть для обеспечения бессмертия гаметы очень трудно, для этого нужно много сложных генов притом что гены во всех клетках одни и те жеа их можно хранить лишь в большой клетке с ядром.

Аннотация к книге «Достающее звено. Книга вторая. Люди»

Поэтому бактерии так никогда и не смогли стать многоклеточными, дробышнвский некоторые эукариоты таки преодолели сложность. Получив многоклеточность, мы стали большими и сложными, но потеряли индивидуальное бессмертие, да еще получили в нагрузку шанс умереть от собственных клеток, стремящихся к бессмертию.

Первые опытные образцы, судя по современному трихоплаксу Trichoplax adhaerensбольше напоминали кляксу.

Потом тело стало шариком; затем оно завернулось кувшинчиком, причем двухслойным — это уровень кишечнополостных и плоских червей. Но такая форма имеет маленький недостаток: Стало быть, нельзя есть непрерывно, а ведь хочется!

Более того, такой пищеварительный тракт невозможно дифференцировать на части. Посему величайшим достижением неких протерозойских животных стало обретение станивлав отверстия. Тело преобразовалось из кувшина в трубку каковой и пребывает доселетеперь стало возможно лопать сколько влезет, а пищеварительный тракт — подразделить на сегменты: Конечно, не все эти отсеки возникли одновременно, но главное было начать. А в разных отделах можно выделять разные ферменты, переваривать разные вещества, лучше их усваивать, а через то — повышать обмен веществ.

  ДРАЙВЕРА НА ПРИНТР CANON LBP6020P СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

История возникновения пищеварительной системы каждый раз повторяется в нашем эмбриогенезе: Фактически это уровень гидры или медузы. Потом с противоположной бластопору стороны вдавливается второе отверстие и соединяется с гастроцелью — это уровень круглых червей условно.

«Достающее звено». Книга первая

Человек — тоже трубка. Из сего, кстати, следует интересный казус: Они и рады бы стать паразитами, да иммунная система внутрь не пускает.

Потому же так просто решается загадка, столь мучащая многих школьников, постигающих анатомию: Вроде же они внутри человека? Они ели органическую муть, плавающую в толще воды, и склеивали ее в виде пеллетов, быстро падавших на дно. От этого мутность воды снизилась, а водоросли смогли жить в более глубоких водах. Около дна увеличилось содержание кислорода, так что и эта часть планеты стала доступной аэробам.

И тут произошел прорыв! Увеличение размера клетки ограничено прочностью клеточной мембраны, иначе клетка растечется или даже лопнет. Можно нарастить толстую клеточную стенку, как сделали растения и грибы.

Но она ограничивает подвижность — трудно бежать, когда ты дерево. Можно нарастить внеклеточную оболочку вокруг всего тела, например хитиновый панцирь членистоногих. Но это в любом случае тяжелая штука, тянущая на дно, где утонувшие задыхались без кислорода.

Когда же около дна появился кислород, дробышвский исчезла и перед живыми существами открылись невиданные доселе перспективы. Дальше дна не провалишься. Теперь стало возможным ползать по субстрату, становясь сколь дробшыевский большим и тяжелым. Унылое и безжизненное доселе дно повеселело, расцвело и зашевелилось. Собственно, так палеонтологи с геологами и различают слои докембрия и кембрия: Получалось, что мшанки, кораллы, моллюски, брахиоподы, трилобиты и прочая членистоногая нечисть возникли ниоткуда.

В реальности их предки жили уже в докембрии, но имели микроскопические размеры и зачаточные твердые покровы.

О книге «Достающее звено. Книга 2. Люди»

В венде — преддверии кембрия — существовали и сравнительно крупные существа, но все они были бесскелетными, а потому их отпечатки сохраняются крайне редко. Самый известный их пример — эдиакарская фауна, сборище фантастических тварей инопланетного облика, лишь малая часть коих имеет родство с современными животными.

Так скажем же спасибо безымянным героям — докембрийским цианобактериям и кембрийским фильтраторам — за наши кости, зубы и ногти, прочность и стойкость, улыбку и прическу, маникюр и педикюр. Предоставляя адрес электронной почты, вы принимаете условия соглашения о персональных данных.

Премия Просветитель Zimin Foundation. Многоклеточные животные в первом приближении делятся на две масштабные группировки — первично- и вторичноротые. К первым относятся, например, моллюски и членистоногие, ко вторым — иглокожие и хордовые. У первичноротых отверстие, появляющееся у гаструлы, становится в последующем ртом, а возникающее позже — анальным.